Но Славик не слез.

- Люди! - сказал он. - Человека надо найти, очень надо!..

- Кого?

- Этого Олега Манакова, что ли? - зашумели в рядах.

- Так в корпусе он, наверно...

- Да нет его нигде! - сказал Славик.

- А в туалете не искали? - съехидничал кто-то из последнего ряда.

- Может, на берегу он? - подсказали из первого ряда. - Вы сбегайте, это рядом...

- Некогда. Уходим мы...

- А давайте покричим! - предложила девочка с бантиком. - Нас же много - громко будет, он и услышит!..

- Кого кричать-то? - деловито поинтересовались из последнего ряда.

- Манакова Олега, - объяснили ему.

- Ну лады... - вздохнул киномеханик. - Кричать так кричать...

- Три-четыре! - махнула рукой девочка с бантиком. - О-лег! Ма-на-ков!

- О-лег Ма-на-ков! - закричали малыши вразнобой, а потом все дружней и ясней.

Но никто не отозвался.

Они крикнули еще несколько раз и замолчали. Было тихо. В этой теплой вечерней тишине поскрипывали сосны. С них чуть слышно облетали старые иголки. Спокойно шелестел волной береговой ветер, а больше ничего не было - никто не отозвался...

- Рыжий такой? - задал Славику вопрос долговязый мальчик. - Я его час назад за территорией видал...

- Далеко?

Мальчишка почесал нос.

- Не очень... Я сейчас сбегаю...

С ним умчались еще трое.

- Айда, на берегу поищем, - позвал своих щербатый малыш.

- Надо еще на остановку сгонять, - сказали в пустеющих рядах. - Он часто там торчит, ждет кого-то...

И через минуту у эстрады никого не осталось. Только Славик, Пашка и Кристобаль. Ну и киномеханик, разумеется.

- Сорвали мероприятие? - грозно спросил он, включил кинопроектор и громко запел "Вдоль по Питерской"... Единственным, кто смотрел на экран, был Кристобаль. Он наблюдал за героями внимательно и неодобрительно и, когда они делали резкие движения, предупреждающе рычал.