- Позор! Рева! Девка! И другие обидные слова.

А учительница наша слышала, но ничего им не сказала. Наоборот, она мне стала выговаривать, что я уже большой и мне реветь стыдно, что если бьют, то надо сдачи дать. Будто я без неё не знаю. Но Пашка меня на голову выше и в два раза толще. Как я ему дам сдачи?

Я кое-как досидел до конца занятий, и бегом побежал домой. Дома я тут же всё рассказал маме и папе. Мама стала меня утешать, а папа рассердился:

- Тряпка! Сдачи дать не мог! Правильно тебя девчонкой назвали!

Потом он стал кричать на маму:

- Это всё ты виновата! Ты из него девчонку сделала! Посмотри на него, из-за пустяка нюни распустил! Изнеженный маменькин сынок!

Я из-за таких слов разревелся ещё больше и весь вечер ревел. Папа долго потом ещё кричал, и, в конце концов, немного успокоившись, сказал маме:

- У нас от работы секция карате работает, завтра же Вадьку запишу, и будешь его водить два раза в неделю. Там его сделают настоящим мужчиной.

И вот я здесь. Я хожу на карате уже год, но сильнее от этого не стал. Я все так же боюсь Пашку, и другие мальчишки меня все время дразнят девчонкой. Но теперь я не говорю об этом папе, а то он очень уж нервничает.

У меня есть мечта. Я хочу, когда вырасту, стать таким же ловким и сильным, как человек-паук. Вот тогда-то я покажу Пашке и всем остальным. Я им все припомню. А они будут валяться у меня в ногах и реветь:

- Прости нас, пощади. Мы больше никогда не будем.

И может, я их и прощу. Ведь я должен быть благородным. А главное, никаких тебе карате, тренировок и зарядок. Паук укусил один раз, это-то потерпеть можно, и стал суперменом. Я вообще не боюсь ни пауков, ни ящериц, ни пчел. И уж тем более не боюсь собак. Мне кажется, что злых собак вообще не бывает, а бывают собаки, обиженные на людей. Правда, обидели их одни люди, а они кидаются на других, но это из-за того, что мы им все одинаковые кажемся.

Я когда вырасту, заведу себе собаку или даже двух. И у меня будет два верных друга. Собака бы и сейчас не помешала, да мама говорит: