Он выпрямился и с гордостью поглядел на меня.

- Я в три раза старше тебя, - сказал я, - но все еще не стал домовладельцем. Как же это у тебя так быстро получилось?

- Это наследство от его умершей двоюродной бабушки, - объяснил советник юстиции.

- Дом стоит на берегу Балтийского моря, - рассказывал мне Профессор, сияя от счастья. - И я приглашу к себе на летние каникулы Эмиля и всех сыщиков. - Он сделал небольшую паузу. - Конечно, если родители разрешат.

Советник юстиции искоса кинул взгляд на сына. Смешно было смотреть, как они сквозь очки уставились друг на друга.

- Насколько я знаю твоих родителей, - сказал советник юстиции, - они возражать не будут. Дом принадлежит тебе, а я являюсь в данном случае лишь твоим опекуном.

- Договорились! - сказал Профессор. - А если я когда-нибудь женюсь и у меня появятся дети, я буду вести себя с ними, как ты со мной.

- При условии, что у тебя будут такие же образцовые дети, как у твоего отца, - уточнил советник юстиции Хаберланд.

Мальчик придвинулся поближе к отцу и тихо сказал:

- Спасибо.

На том разговор окончился. Мы встали и втроем пошли по Кайзераллее. На террасе кафе "Жости" стоял артист, играющий роль господина Грундайса. Он снял с головы котелок и вытер вспотевший лоб. Рядом с ним стояли режиссер, оператор и тот самый человек, что накричал на меня у газетного киоска.

- Нет, так дело не пойдет! - раздраженно кричал актер. - Вы что, хотите, чтобы у меня был заворот кишок? Я должен съесть одну яичницу из двух яиц. Так и написано в сценарии: из двух яиц. А я съел уже восемь, но вам все мало.

- Ничего не попишешь, старик, - сказал режиссер. - Придется снять еще дубль.

Актер напялил котелок, с мукой воздел глаза, подозвал кельнера и печально сказал:

- Ну что же, валяйте - несите мне еще одну яичницу!

Кельнер принял заказ, покачал головой и воскликнул:

- Какой дорогой фильм! И ушел на кухню.

А ТЕПЕРЬ ПРЕДОСТАВИМ СЛОВО КАРТИНКАМ. ИХ ДЕСЯТЬ

Во-первых,