— Спасибо вам, мистер Гаррисон. Я так рада, что вы не сердитесь. Я боялась, что вы выйдете из себя.

— И наверное, до смерти боялись сюда идти после того скандала, что я вам вчера закатил? Не обращайте внимания на мои вспышки. Я просто очень вспыльчив… и привык говорить правду в глаза, даже если это неприятная правда.

— Вот миссис Линд такая же, — не подумав, заметила Энн.

— Кто? Миссис Линд? Уж не намекаете ли вы, что я похож на эту старую сплетницу?! — негодующе воскликнул мистер Гаррисон. — Я вовсе на нее не похож… нисколечко! А что у вас в этой коробке?

— Кекс, — смущенно ответила Энн. Она чувствовала такое облегчение от неожиданно благоприятного исхода своего объяснения с мистером Гаррисоном, что у нее сразу сделалось прекрасное настроение. — Я принесла его вам… Мне подумалось, что вам, наверное, не часто приходится есть домашний кекс.

— Вот уж правда, я их очень люблю. И какой он красивый! Надеюсь, он и внутри так же хорош?

— Он очень вкусный! — весело заверила его Энн. — Случалось мне печь и невкусные кексы, как может подтвердить миссис Аллан, но этот вышел на славу. Я его испекла для общества по украшению Эвонли, но это неважно… я им испеку другой.

— Ну, тогда давайте вместе выпьем чаю, мисс. Я пойду поставлю чайник.

— А можно, я заварю чай? — с сомнением в голосе спросила Энн.

Мистер Гаррисон засмеялся:

— Вы, видно, сомневаетесь в том, что я умею это делать… Вот и ошибаетесь, чай я завариваю преотлично. Но если хотите, пожалуйста, заваривайте сами. Слава Богу, в воскресенье шел дождь, и на кухне полно чистой посуды.

Энн направилась на кухню. Она вымыла чайник для заварки в нескольких водах и только потом заварила чай и поставила его настаиваться.