— Хорошо, папа, — ответила девочка и, тихо встав из-за стола, оперлась на подставленную ей отцом руку и вышла вместе с ним из комнаты, осторожно ступая, точно боясь новой, незнакомой ей обстановки.

Медленно пройдя ряд комнат, они вышли на балкон и спустились в сад.

Это был роскошный старый сад с вековыми деревьями, громадными дубами и кленами и белоснежными березками, покрытыми сплошною шапкой зеленой листвы. Лидочка, под руку с отцом, шла так же медленно и осторожно по длинной и прямой, как стрела, аллее. Солнце золотило ее белокурую головку и ласкало бледное личико своими прощальными лучами. Когда они дошли до конца аллеи, отец подвел девочку к скамейке и сказал:

— Ты, наверно, устала, дорогая? Посиди здесь на скамейке, отдохни. Я пойду распорядиться по хозяйству, а к тебе пошлю няню.

Лидочка послушно опустилась на скамью и осталась сидеть, прислушиваясь к удаляющимся шагам отца.

Вдруг она вздрогнула и насторожилась. В кустах послышался легкий шорох и задавленный смех.

— Кто тут? — испуганно воскликнула Лидочка и протянула вперед руки как бы для защиты.

— Это я! — послышался чей-то звонкий, серебристый смех, похожий на колокольчик.

— Кто — ты? — тем же пугливо-вопрошающим голосом спросила Лидочка.

— Я — майская фея! Или ты не видишь меня?

И из кустов шиповника выскочила маленькая странная фигурка и подбежала к Лидочке.

Это была девочка лет десяти-одиннадцати на вид, с лукавым, подвижным и смеющимся личиком, черненькая, с длинными толстыми косами до пят, вся с головы до ног украшенная цветами, в венке из душистых ландышей на черненькой головке.

— Майская фея? — произнесла бледная девочка. — Но разве существуют на свете феи? Феи бывают только в сказках.

— Должно быть, существуют, если я говорю тебе, что я — фея, — с тем же серебристым смехом отвечало странное существо. — Взгляни на меня: разве ты не видишь, до чего я похожа на фею?