— О боже! — вскрикнула Марта неестественным голосом. — Они съели шляпку!

Мы молча ринулись дальше. Анне и ее соседка по парте Лора вскоре отстали. Они что-то жалобно кричали нам вслед, но нам было не до них.

Сердце чуть не выскочило, когда мы прибежали к месту, где летом стоял лагерь. Изо всех сил взбежали вверх по склону, поросшему соснами. И обомлели. Внизу, в лощине, сидели все ребята из шестого «Б» вокруг расстеленной на земле салфетки и делили еду. Делили еду!

Мы бросились вниз, будто нас кто-то укусил.

— Стойте! — завопила Марта.

— Не ешьте! — взревел Эймар.

Все мы что-то кричали.

Можно себе представить, какой поднялся шум.

Шестой «Б» встретил нас так, будто на них напала саранча или разбушевалась стихия. В полном недоумении они смотрели на Марту, которая выбивала у ребят из рук бутерброды, а потом так и села. Марта увидела исчезнувшие экспонаты: в маленькой коричневой корзиночке лежали грибы, один гриб без ножки.

— Слава богу! — произнесла Марта совершенно не по-пионерски и вдруг заплакала.

И это не подходило пионерке, но мы простили ей.

Наперебой и довольно невнятно мы принялись рассказывать, что этикетки у мухоморов и шампиньонов были перепутаны, что сначала мы шли по бору, потом искали поломанные ветки и, наконец, увидели следы от каблуков с пластинками.

— Вот это история! — сказал Сергей. — Как в газете.

— Вот это история! — удивился Криймвярт.

Но вдруг его взгляд упал на корзинку с белыми мухоморами, и он покраснел. Они не собирались воровать. Они только заняли грибы, до вечера. Думали, что это шампиньоны, и взяли их с собой, чтобы набрать таких же. Они вовсе и не собирались играть в робинзонов, а хотели для детского сада набрать самых хороших грибов. Но так как лучшие грибы — это шампиньоны, то… ну… и взяли. Криймвярт покраснел до ушей.