Домой я добрался на такси. (Не хотелось лишний раз мелькать перед натыканными в метро телекамерами.) Когда я зашел в свою квартиру, часы показывали половину одиннадцатого. Раздевшись, я первым делом вычистил и перезарядил служебный пистолет, на всякий случай протер руки спиртом

– О нет, Господи! Не-е-т!!! – мучительно простонал я. На глаза набежали слезы. Стены комнаты заколебались, стали зыбкими и нереальными. Тело ослабло. Сердце стиснула чья-то грубая ледяная пятерня. Так продолжалось не менее часа. Наконец мне все же удалось взять себя в руки, отогнать захлестнувшее душу отчаяние.

«Как бы то ни было, раскисать нельзя! – подумал я. – Русский офицер не имеет права уподобляться истеричной бабе! Кроме того, я православный христианин и должен твердо верить – Господь Бог и Царица Небесная не оставят Россию без Своего покровительства. И тому есть наглядное подтверждение: сегодня, по попущению Божию, мне удалось обезглавить боевую организацию сатанистов и соответственно внести определенный разлад в планы наших врагов. Значительная часть подготовленных ими провокаций наверняка сорвется. Ведь если накануне сражения уничтожить целиком командный состав какого-либо воинского подразделения – оно становится небоеспособным! Вот и прекрасно. Уже легче! А сейчас надо хорошенько выспаться. Завтра надо быть свежим, отдохнувшим и... готовым к любым неожиданностям!!!

Приняв вышеуказанное решение, я утер слезы, умылся холодной водой, проглотил четыре таблетки феназепама, улегся в постель и довольно быстро уснул...

...Посреди бескрайней пыльной равнины возвышался гигантский постамент с суперкомпьютером. За клавиатурой сидел на стульчике кучерявый бес и, гнусно ухмыляясь, нажимал клавиши. В небе ослепительно сияла багровая пентаграмма. А по равнине маршировали колонны людей с застывшими лицами и мертвыми глазами. У каждого в лоб или в правую руку были вживлены микрочипы. Из них выходили тонюсенькие прозрачные нити, все до единой тянущиеся к корпусу суперкомпьютера.