- А ты, что ты скажешь, Гризельда?

Гризельда вскочила, присела перед ней и сказала:

- Прошу вас, мэм, я могу обихаживать бабулю перед школой, а в полдень могу прибегать покормить ее обедом, а вечером я могу приходить к вам и помогать с ребятишками, а потом я могу покормить и уложить бабулю спать - как вы думаете, мистер Гринтоп разрешит бабуле остаться в доме? Я буду стараться изо всех сил, мэм. Я могу чистить кастрюли и заправлять лампы керосином, и чинить простыни, я могу штопать носки и пришивать пуговицы, и я бы с удовольствием купала малыша, с самым большим удовольствием, мэм.

- А кто же присмотрит за твоей бабушкой, когда ты будешь у меня? спросила миссис Гринтоп.

- Весь Переулок, мэм, - сказала Гризельда, которая знала доброту бедных соседей, как о ней даже понятия не имела жена сквайра.

- А где ты возьмешь два пенса, чтобы заплатить за школу?

- Я их тоже заработаю, мэм.

- А еда? Ведь вам же надо питаться, Гризельда.

- Мы держим курочек, и пчел, и садик, мэм. А хворосту в лесу сколько угодно.

- Но кто всем этим будет заниматься, Гризельда?

- Я могу обиходить курочек утром, до того, как начну обихаживать бабулю, а садик - вечером, после того, как ее уложу.

Гризельда казалась такой уверенной, что справится со всем этим, что миссис Гринтоп ничего не оставалось, как пробормотать:

- Хорошо, я поговорю с мужем.

Она действительно поговорила с мужем, и всё устроилось так, как и хотели Гризельда и ее прабабушка. Мистер Гринтоп уступал им дом с садом за то, чтобы Гризельда каждый день помогала им управляться с детьми. А два пенса за школу она зарабатывала, провожая в школу младших учеников, которые жили за милю и дальше от школы. Она взялась заходить за ними и отводить их в школу по утрам.