Поскольку мистер Чабб принялся вести разговор с Ханной, Люся решила поговорить с Томом.

— Так, — начала она, — ты идешь в Хогвартс?

— Не будь такой дурой, дорогая Люси, — захохотала миссис Чабб добродушно.

— Имея такую мать, как Мария Саламейр, мальчик будет великим волшебником! — Её дочь надулась и замолчала, миссис Чабб спросили.

— Ты пришел проведать Ханну, Том? — спросила она. Том медленно покачнул головой.

— Нет.

— Я живу здесь, — Том пробормотал. — Моя мама умерла через два часа после моего рождения, она только успела дать мне имя.

Госпожа Чабб выглядела сочувствующей. — Она всегда казалась мне слишком хрупкой, чтобы иметь детей, — сказала она. — А что относительно твоего отца?

— Ну — его тон как-то изменился. — Я некогда о нем не вспоминаю. Нет, нет, они были женаты, — он бросил в торопливо, видя удивление на лицах женщин. — Но он отказался от нее прежде, чем я был рожденное потому что, он выяснил, что мать была ведьма. — Чайная чашка Тома внезапно взорвалась, и чай брызнул по всей комнате. Том слегка вздохнул. Ханна рассеяла беспорядок волной своей палочки.

— Успокойся, Том, — резко сказала она. Он сутулился в углу стула. Люси хихикала, но замолчала, когда Том посмотрел на неё, его глаза казались слишком яркими. Ханна вручила ему другую чайную чашку с грозным видом.

— Извините — пробормотал он через некоторое время, только чтоб нарушить эту тишину. — Я вас немного отвлек. — Что вы говорили, миссис Чабб…?

— А… ну… хорошо, моя Люси поступает в Хогвартс в этом году. Ей исполняется одиннадцать в Мае, — трещала миссис Чабб, говоря пока довольно неуверенно. — Твой семестр начинается осенью, Том?

— Да, — он ответил, — мой день рождения в декабре. — Том обижено думал о дне рождения. За всю жизнь его единственными подарками была карта от маггловского учителя и маленький, в кожаном переплете дневник, который он купил себе на проезде Воксхолл, и в котором он все еще не писал.