Если ветер пытается закрыть дверцу, я подпираю ее планкой, которую специально держу под рукой. Часто по крыше ходят птицы, царапают крышу лапами.

Сквозь щели в досках солнце простреливает чердак из конца в конец длинными полосами.

Рано утром эти полосы светло-желтые, почти белые. К вечеру темно-желтые, почти красные.

Иногда я хожу вдоль чердака, но очень осторожно, чтобы "не крошились потолки и не растаптывались по квартире".

Для этого проложил доски. Они как тропинки. Вот и хожу по ним осторожно. Пересекаю солнечные полосы - светло-желтые или темно-красные, думаю о своем.

Здесь на чердаке думается особенно хорошо и мечтается особенно хорошо. Может быть, потому, что впервые поднялся сюда еще в детстве.

Поднялся за своим счастьем. И нашел его. Только не завернутое в тряпку и спрятанное под крышей, а совсем другое, в котором тоже никогда не кончаются тайны и поиски.

3

Со мной в доме живут ребята, соседи - Вова и Максим. Вова помладше, Максим постарше - осенью пойдет в первый класс.

Вову еще зовут "Сыроёжка". Это потому, что когда Вова находит какой-нибудь гриб, любой, он кричит:

- Сыроёжку нашел!

Так для всей нашей улицы Вова стал Сыроёжкой.

У Максима и Сыроёжки своя жизнь, свои интересы, заботы, свои слова.

Отсюда, с чердака, мне очень удобно наблюдать и слушать Максима и Сыроёжку. И почему-то ребята, их разговоры не мешают мне, а даже дополняют то, что делаю. Они - как солнечные полосы в моей взрослости, в моей работе.

- Узнай, что я держу в руке? - спрашивает Сыроёжка Максима.

- Яблоко, - отвечает Максим.

Я кладу ручку, прислушиваюсь.

- Нет, - говорит Сыроёжка. - Не яблоко.

- Орех?

- Нет.

- Шишку?

- Нет.

- Цветок?