В глазах Яна Бибияна застывал тревожный вопрос. Но Калчо не знал, что ответить другу, он только с сочувствием смотрел на него.
– Одна дорога – учиться, – продолжал Ян Бибиян после долгого молчания. – Надо овладеть каким-нибудь ремеслом. Не в школу же теперь идти… А ремесло – другое дело. Как ты думаешь, Калчо, верно я говорю?
– Становись гончаром, вроде меня, – простодушно советовал Калчо. – Откроем с тобой мастерскую и будем всю жизнь вместе работать!
– Нет, это ремесло не по мне, – искренне отвечал Ян Бибиян. – Меня тянет совсем другое, а что – я и сам не знаю!.. Я вот вечером заберусь к себе на чердак, лягу, а сам все на небо смотрю, на звезды… А как взойдет луна, мне начинает казаться, будто я, понимаешь, там, на Луне, родился и все про нее знаю. И так меня подмывает полететь туда!.. Знаешь, Калчо. ты запомни: когда-нибудь я полечу на Луну. Ты уж поверь мне, обязательно полечу!
Вид у Яна Бибияна при этом был такой решительный и торжественный, что Калчо ни на минуту не сомневался в его словах и, разумеется, всей душой одобрял его намерения. Однажды Калчо даже осмелился попросить:
– Когда ты соберешься лететь на Луну, Ян Бибиян, возьми и меня с собой!
– Полетишь? – серьезно спросил Ян Бибиян схватив друга за руку и заглядывая ему в глаза.
– С тобой – куда хочешь! – без колебаний ответил Калчо. – А на чем мы туда отправимся? Найти бы чертенка Фьютя, он бы помог нам.
– Не желаю больше иметь дела с чертями! Нет. Калчо, я изобрету такую машину, которая будет летать выше воздушного шара и быстрее самолета…
– Но как же ты изобретешь эту машину? Вот если бы ты был техником, тогда другое дело.
– Техником? Да, ты прав, – сказал Ян Бибиян, – я должен стать техником.
Глаза его горели твердой решимостью.
Ян Бибиян с Калчо просиживали за разговорами дотемна. На высоком небосводе зажигались мерцающие звезды. Лунный диск выплывал на востоке и заливал все вокруг мягким синеватым светом. Горы, подобно пробудившемуся гиганту, расправляли могучие плечи, и луна спешила подняться выше. Во всем мире воцарялась удивительная тишина.