
От изумления Мариша лязгнула зубами и прикусила себе кончик языка. Да еще как больно прикусила!
– М-м-м! – застонала она, скривившись.
– Умоляю!
– Уйди!
– Не дай ей погибнуть!
– Ничего с ней не случится!
– Ангелина в истерике. Я никогда ее такой не видела! Примчалась ко мне ни свет ни заря, рыдает уже час!
Мариша перестала стонать. Боль в языке стихла. И она могла изъясняться снова почти внятно. Только чуточку пришепетывая.
– Так твоя Ангелина сейчас у тебя?
– Ага! Сидит у меня и ревет белугой!
Это в корне меняло дело. Мариша не могла точно сформулировать, чем меняло. Но почему-то рыдающая за стеной Ангелина и рыдающая где-то на другом конце города – это оказались две разные вещи. И Мариша кивнула:
– Ладно уж!
– Ты берешься?
– Тащи ее сюда. Послушаем и разберемся.
Лидочка встрепенулась и выскочила из-за стола.
– Я сейчас! Я мигом!
И унеслась прочь. А Мариша налила себе еще одну чашку кофе. Она испытывала настойчивое желание подняться, закрыть за Лидочкой дверь и притвориться, что ни ее самой, ни этого разговора не было. Но в то же время Мариша осознавала, что никогда не сделает этого. Мечты могли оставаться мечтами. А Мариша чувствовала, что ее уже понесло в океан новых приключений. Возможно, даже и опасных.Глава 2
Ангелина оказалась совсем не такой, какой запомнила ее Мариша. От той холеной красотки с высоко взбитыми локонами и тщательно накрашенным личиком не осталось и следа. Теперь это была обычная зареванная деваха. Не красавица, не уродина. Никакая.
– Он меня бросит! Он меня точно бросит! – повторяла она монотонно. – Он меня уже бросил!
И так раз за разом. Наконец Марише это надоело, и она предложила:
– Раз он тебя уже бросил, найди себе другого!
