
- Доктор Хибермейер, - послышался снизу голос студентки #8209;практикантки из Египта, - думаю, вам стоит взглянуть на это…
На выпускницу университета Айшу Фарук Хибермейер возлагал большие надежды и не без оснований считал, что настанет час, когда она сможет заменить его на посту директора института археологии. Не дождавшись ответа, Айша высунулась из ямы в том самом месте, где под землю провалился верблюд. Красивое смуглое лицо выдавало в ней потомка древних египтян. Иногда ему казалось, что она сошла с артефактных изображений как напоминание о тех давних временах.
- Вам придется спуститься вниз, - добавила она. Хибермейер снял широкополую шляпу вместе со шлемом безопасности и стал осторожно спускаться в траншею по хрупкой деревянной лестнице. Снизу ему помогал местный феллах, нанятый в качестве чернорабочего. Айша вновь вернулась на прежнее место и склонилась над обнаруженной мумией. Тело покойного находилось в небольшой нише и значительно пострадало в результате падения верблюда. Хибермейер сразу обратил внимание на полуразрушенный терракотовый саркофаг и поврежденную в области грудной клетки мумию.
Это была самая древняя часть некрополя, тесное переплетение узких проходов, образующих центральную часть захоронения. Хибермейер очень надеялся, что студентка нашла нечто подтверждающее его давнюю теорию о том, что погребальные комплексы подобного рода были основаны по меньше мере в VI веке до нашей эры, за два столетия до завоевания Египта Александром Великим.
