Ту часть, где про бензин, еще можно понять, однако «преступная половая связь» выглядит слишком суровым обВинснием, особенно учитывая то, что девушка гуляла с Боном по своей воле. Да к тому же у кого из 16–летних нет этой самой связи? Уверена, что вы могли бы назвать нескольких человек. Я вот точно могу. Вместо того чтобы обратиться к родителям, Бон со стыда признал себя виновным и отправился на девять месяцев отбывать наказание в колонию для несовершеннолетних Ривербэнк.

Родители приезжали к нему, но он отказался их видеть. Пропустил он и приезд бабушки с дедушкой из Кирремуира. Они уехали в Шотландию, и Бон больше их живыми не видел. Он страдал за решеткой, постоянно мерз, ползал на коленках, отскребая полы, и старался держаться подальше от проблем. В Ривербэнке Бон провел девять месяцев, но его близкие говорили, что всю последующую жизнь он пытался от этого оправиться. Его отпустили к семье к Рождеству 1963 года, и наказание наконец–то закончилось. Инспектор, приставленный к Бону, предложил ему вступить в гражданские вооруженные силы, но парня не приняли. Бон говорил: «Армия отвергла меня — они решили, что я социально ненадежен». Заключение научило его одному: единственное спасение — это рок–н–ролл. Устроившись работать на яичный склад, юноша сразу же установил в комнате матери барабаны.

Свою первую группу, «The Spektors», Бон основал в 1965 году. На гитаре там играл Уин Милсон, на басу — Брайан Гэннон, а Бон иногда менялся местами с вокалистом Джоном Коллинзом. Почти год «The Spektors» каждые выходные выступали в Перте с кавер–версиями песен «Them», «The Beatles» и «The Stones». Уин вспоминал в «Дорога в Ад»: «Главная проблема групп в Перте — это поиск материала. Очень трудоемкий процесс — никак не подобрать ничего подходящего, никаких там блюзов — ничего. Приходится вести настоящие раскопки».