Дверца захлопнулась, «Волга» резко взяла с места и исчезла в плотном транспортном потоке.

Нетвёрдыми шагами он отошёл от края тротуара, тяжело опёрся на книжный лоток.

— Что случилось? — розовощёкий парень по другую сторону прилавка наклонился вперёд, принюхиваясь — не пьяный ли…

— Ничего, ничего…

Он выпрямился. Разгорячённое лицо обдуло ветром, сознание прояснилось. Под внимательным взглядом продавца человек в дублёнке сунул в рот таблетку нитроглицерина и перевёл дух.

— И-и-и, богатые тоже болеют, — откуда-то сбоку выдвинулось лицо старушки. — Когда деньги есть, и лечиться легче. Но и деньги не всегда помогают…

Дав ей пятьдесят рублей, генерал направился к метро и затерялся в бурлящей толпе.

Шпаковская — небольшая станция под Ставрополем. Но значение для железнодорожных перевозок она имеет немалое, потому что именно здесь расходятся пути составов, идущих на Кавминводы и на столицу Калмыкии. Здесь переформировываются пассажирские поезда и товарняки, перетаскиваются от одного состава к другому купейные и плацкартные вагоны, цистерны и грузовые платформы. Например, вагон «Краснодар — Элиста» отцепляется от поезда «Адлер — Кисловодск» и, простояв на свободном пути два часа, прицепляется к скорому «Москва — Элиста».

Пассажиры в ожидании курят у обездвиженного вагона, прогуливаются взад-вперёд по выщербленной платформе, а наиболее отчаянные отправляются обследовать станцию, покупать пиво в буфете или фрукты для симпатичных попутчиц. Делают это, как правило, молодые бесшабашные люди, которые не боятся отстать от поезда. Пассажиры постарше и поопытней предпочитают не отходить от вагона, потому что научены жизнью и знают: расписание расписанием, но всегда надёжней не отдаляться от своих вещей и гарантированной плацкарты, ибо пути господа и железнодорожных, как, впрочем, и любых других властей, неисповедимы. А неожиданности если и случаются в жизни, то всегда неприятные. Здесь они на сто процентов правы.