Служебная квартира Жуковского - воспитателя цесаревича - находилась на верхнем этаже Шепелевского дворца, недалеко от Зимнего. Там по субботам собирались поэты, писатели, художники, музыканты, композиторы. Там Пушкин впервые прочитал свою "Полтаву", Гоголь - "Ревизора" и "Нос", Лермонтов "Тамбовскую казначейшу", там неподражаемо импровизировал Адам Мицкевич, постоянно выставляли свои картины Брюллов и Венецианов. Там же родился замысел Глинки написать народную оперу, для чего Жуковский предложил ему тему Ивана Сусанина и сам же, вместе с бароном Розеном, стал автором либретто, а Пушкин поделился с Гоголем сюжетом "Мертвых душ". Сюда же робко вошел приехавший из провинции поэт-прасол Алексей Кольцов. Одним словом, в течение тех 13 лет, когда Жуковский занимался с Великим князем, верхний этаж Шепелевсого дворца - "чердак Жуковского", как называли его современники - был подлинным ценром культурной и духовной жизни Петербурга.
Василий Андреевич, словно позабывший, что есть еще и личная жизнь, от которой он сознательно практически отказался, постоянно помогал другим, чему немало способствовало его особое положение при дворе. Молодой чиновник, а в недавнем прошлом гусар - Иван Козлов после апоплексического удара (инсульта, выражаясь современным языком) оказался парализованным и начал терять зрение, но - что удивительно! - сделался талантливым поэтом, хотя до болезни не написал ни единой строчки. Жуковский, зная его стесненное финансовое положение, организовал подписку на сборник его стихов, постоянно навещал его, поддерживая духовно и материально.
Двадцатилетняя дружба Жуковского и Гоголя отмечена не только родством поэтических душ, но и постоянными хлопотами Василия Андреевича о различных вспомоществованиях и денежных пансионах для его младшего друга.