- Ничего не нашел, товарищ комиссар.

- А манжету почему не отпорол от левого рукава?

- Одну отпорол - ничего нет, а вторую мял в руках - пусто, - с недовольным видом ответил Бокарев и взялся за нож.

- Давай помогу, - сказал комиссар и присел возле него на корточки.

- Не надо, я сам.

Но комиссар уже взялся за рукав. Вдвоем они быстро распороли манжету и под подкладкой в непромокаемой обертке обнаружили листок папиросной бумаги. Бумага была исписана ровными строчками цифр.

- Смотри-ка, шифровка! - не то удивился, не то обрадовался Бокарев. Что там?

- Да, шифровка, - подтвердил комиссар. - Надо срочно доложить комбригу. А что?.. Не так просто эту бумажку прочесть. Может, Москву придется беспокоить. И вообще, пока ты, брат, помалкивай. Мы эту находку передадим куда следует. Понимаешь?

- Понимаю.

Комиссар поднялся и шагнул к выходу.

- Григорий Макарыч, разрешите, - вдогонку сказал Бокарев.

- Что разрешить?

- Я еще в брюках поищу, может быть, и там...

- Пожалуйста, поищи, - улыбнулся комиссар.

- Семен Сергеевич, получен ответ из Москвы на шифровку, - доложил Куневичу Бабенко.

- Что там?

- Вот, пожалуйста. - Комиссар подал листок бумаги.

Комбриг взял, быстро пробежал глазами.

- Да, серьезные дела. Благодарят за сообщение, просят представить всех, кто принимал участие в операции, к наградам... Однако личность пленного пока не установлена. Как поведет он себя?

- Разрешите мне высказать некоторые предположения по этому вопросу.

- Прошу.

- Семен Сергеевич, мне кажется, на вещи надо смотреть проще. Немцы готовят блокаду. И я могу допустить, что задержанный - немецкий диверсант. Неспроста эта бестия знает несколько языков. Но попался он раньше, чем рассчитывал. Группа Бокарева, так сказать, взяла его досрочно.

Итак, в связи с предстоящей блокадой немецкий лазутчик получил задание проникнуть в соединение партизан.