Исполнение этих отрывков расценивалось как событие в музыкальном мире. В газете "Московские ведомости" в музыкальном фельетоне от 15 марта 1870 г. сообщалось, что ожидается исполнение отрывков "из новой оперы П. И. Чайковского "Ундина", которая приобрела лестную известность в музыкальном мире прежде, чем поставлена на сцену" {Там же.}.

Однако "Ундина" не была поставлена ни в этом, ни в следующем сезоне, и Цезарь Кюи с удивлением писал в "С.-Петербургских ведомостях": ""Ундина"... забракована, представлена не будет, и мотивами неодобрения послужили, как я слышал, якобы ультрасовременное направление музыки, небрежная оркестровка, отсутствие мелодичности. Признаюсь, все это меня немало поражает" {Там же.}.

В 1878 г. Чайковский рассказывал Н. Ф. фон Мекк о истории творческого замысла своей оперы: "Роясь в библиотеке сестры, я напал на "Ундину" Жуковского и перечел эту сказку, которую ужасно любил в детстве. Нужно Вам сказать, - продолжал Чайковский, - что в 1869 г. я уже написал на этот сюжет оперу и представил ее в дирекцию театров. Дирекция забраковала ее. Тогда мне это показалось очень обидно и несправедливо, но впоследствии я разочаровался в своей опере и очень радовался, что ей не удалось попасть на казенные подмостки. Года три тому назад я сжег партитуру" {Там же. С. 21.}. Свой взгляд на либретто Соллогуба композитор высказал в письме к А. И. Чайковскому: ""Ундина", - писал он 23 апреля 1870 г., - хоть и грубо скроенное либретто, но так как она подходила под склад моих симпатий, то дело и шло очень скоро" {Там же.}. Опера одно время затерялась в дирекции театров, но затем была найдена, так как, говоря словами Чайковского, она была ему "крайне нужна". Как опера "Ундина" не состоялась, но фрагменты ее были использованы в музыке к "Снегурочке". На мелодию арии Ундины из 1-го действия "Водопад мой дядя" композитор положил арию Леля "Земляничка-ягодка".