- Почему? - спросил наивно мудрый Богомолов.
Не нашли. И не искали. Ему даже никто не позвонил.
"Меня в Кремль не пустят в кедах"
Богомолова множество раз приглашали вступить в Союз писателей СССР. "А что - меня там писать научат, что ли?" - "Ну зачем вы так. У нас свои дачи, дома отдыха, санатории. Своя поликлиника". - "Не надо: у меня жена - врач". Или отвечал: "Я вступлю, а вы меня будете заставлять подметные письма подписывать - против Синявского, Солженицына, Сахарова".
"Террариум сподвижников" - так он называл Союз писателей СССР.
В восьмидесятых готовилась большая наградная акция. Богомолова предупредили, что и его собираются отметить.
- Посмотрим, каким орденом они меня обосрут, - сказал он жене.
Позвонили из наградного отдела, поздравили, объявили день и час, когда он должен явиться в Кремль для торжественного вручения ему ордена Трудового Красного Знамени.
- Не пойду, - ответил просто.
- Почему?
- Меня в Кремль не пустят в кедах.
Представляю, как вытянулись лица высоких чиновников.
К кедам он тогда еще только начинал примериваться, другую обувь израненные ноги переставали принимать.
Конечно, не в кедах дело - смешно. То награждение было массовым, повальным, много было сереньких литературных генералов. Награждали не за конкретные произведения, а скопом - за общественную деятельность, за трудовые заслуги перед страной и т.д.
Богомолову перезвонили. Ответил прямо:
- Я человек не общественный, трудовых заслуг нет. От высокой награды отказываюсь.
Орден повис. Богомолову предлагали привезти награду домой. "Нет!" отвечал уже раздраженно.
Вполне допускаю: если бы привезли, он бы не открыл дверь.
Единственный раз поступил как все. Жил он тогда неподалеку от Белорусского вокзала, крохотная комнатка, кухня - 5 метров. Последний этаж, что-то вроде антресолей. Друзья, коллеги брали его за горло: "Ну напиши ты Промыслову заявление на квартиру". Промыслов - председатель исполкома Моссовета, личность всемогущественная. "Ну, напиши, он от твоего романа в восторге". Правда ли? Богомолова как бы захватил охотничий азарт.