Российские государственные учреждения блокируют поток сведений, затрудняя понимание причин и интерпретацию происходящего, снова в цене испытанное советское искусство дезинформации. Сведения, доходящие до общественности из прокуратуры, спецслужб, от армейских и милицейских чинов, отражают, прежде всего, стремление скрыть от чужого глаза собственные просчеты.

А просчеты эти потрясают. Здание школы #1, превращенное в руину, ни сразу, ни потом не обследовалось как место преступления по правилам криминалистики. Даже сам ход захвата заложников официальной стороной не выяснен в достаточной мере. Тем более нет ясности в отношении того трагического исхода, в который своей непрофессиональной работой внесли лепту и российские государственные органы.

А кроме того: из результатов журналистского расследования, проведенного корреспондентами "Шпигеля", явствует, что столь масштабная трагедия в Беслане, возможно, могла быть предотвращена. Многие из тех, кто захватили заложников, прежде всех – главари, годами числились во всероссийском розыске. Милиция их не трогала, хотя они спокойно появлялись в своих родных деревнях и селах.

Были в банде, захватившей заложников в Беслане, и преступники, попадавшие в руки милиции, но по непонятным причинам незамедлительно вновь выходившие на свободу. Даже в недели, непосредственно предшествовавшие захвату, когда боевики готовились в лесочке в Ингушетии, у милиции было много возможностей для активных действий. Но действий не было. А как характеризовать деяние пограничников, пропустивших в такой день, как первое сентября, в Северную Осетию без какого-либо контроля целую банду убийц?

Журнал "ШПИГЕЛЬ" предпринял попытку восстановить предысторию и хронологию событий. Корреспонденты журнала встречались со спасенными заложниками, с жителями Беслана, с родственниками террористов, сотрудниками силовых структур, членами антикризисного штаба и политиками.