Он нашел меня, первого биографа прославленного маршала, мы договорились оформить бесценные воспоминания Александра Николаевича в виде нашего диалога. Я, профессиональный историк, комментирую в случае нужды рассказ А. Н. Бучина. Особых разъяснений, однако, не потребовалось, ибо у рассказчика с годами вошло в привычку следить за книгами о той войне и всем связанным с Г. К. Жуковым. А. Н. Бучин собрал солидную специальную библиотеку. Как историк свидетельствую: он обладает обширными познаниями, ясно мыслит и четко излагает все касающееся предмета наших занятий. Главное - исправляет и опровергает уже нагроможденные вокруг имени маршала небылицы.
К сожалению, они стали накручиваться уже при жизни Г. К. Жукова по слишком очевидным причинам. К секретности, неизбежной в условиях войны, добавилось глухое молчание о нем в послевоенные годы, когда политические и военные пигмеи стремились вытравить самую память о Жукове из памяти народной. Могут возразить, указав: выпущены и к нашим дням выдержали 10 изданий мемуары Г. К. Жукова. Все это так, но где серьезные рецензии на них, обстоятельные разборы? Их нет. Сначала потому, что выходу в свет первого издания "Воспоминаний и размышлений" сопутствовало указание Агитпропа ЦК КПСС, продублированное ГлавПУРом, - рецензий на книгу не давать. Инерция запрета оказалась сокрушительной, надолго подавив возможность серьезных аналитических исследований о Г. К. Жукове.
Ныне иные времена, но песни старые: казалось, о Г. К. Жукове стали много и открыто говорить. Но говорят селективно, отстаивая ту или иную субъективную точку зрения. Любое другое начисто игнорируется. Разве не смешно, когда в "Военно-историческом журнале" (1993, No 7), в статье, посвященной разбору литературы о войне, упоминается так, проходняком, "книга о Г. К. Жукове из серии "Жизнь замечательных людей", без фамилии автора.