Что это? Для меня объяснение одно. Мы не знали и не могли понять, какой ужас много лет наводили на Европу своей военной мощью, 68-м годом в Чехословакии, своим Афганистаном, каким потрясением для европейцев была установка СС-20. Мы знать этого не хотели, мы демонстрировали мощь социализма. И вот Горбачев убрал этот ужас, и страна наша предстала нормальной, даже несчастной. Вот почему мы имеем этот Милан. Вот почему Горбачев теперь не только "человек года", но "человек десятилетия" (по Time'y).

Я болел эти дни. По звонкам от Гусенкова и Шахназарова почувствовал тревогу. Предстоит Политбюро. Ждут основательного разговора: кто за что и с кем.

Однако тревога оказалась преждевременной. Горбачев спокойно оценил итоги года. В духе своего новогоднего приветствия порассуждал об экономической программе Рыжкова, утвержденной съездом. Сказал, что надо "браться с первого дня", что 90-й год -- решающий. И заключил: "Если не изменим положение со снабжением, нам надо уходить".

Обсудили, когда ему ехать в Литву. Некоторые предложили потянуть с поездкой. Никаких наших идей, которые мы с Шахназаровым пытались навязать ему в связи с поездкой, при обсуждении не появилось. А мы ему говорили, что без предложения заключить договор между Литвой и СССР лучше не ехать вообще, ибо это провал.

4 января

Мой прогноз: спасение перестройки в ее рутинизации, в пассивизации народа. Но и это при условии, что хоть чуть-чуть будет улучшаться с едой в России. А Союз, я думаю, начнет сокращаться. Прибалтика станет договорной частью Союза, саму Россию будут изнутри растаскивать татары, башкиры, якуты, коми и т. д.

21 января

Между прочим, день смерти Ленина... А как-то незаметно. Вчера утром на Политбюро тайно обсуждали ситуацию в Азербайджане. Заодно решили проводить в июне партийный съезд.