Приближался 1956 год — ХХ съезд КПСС. Однако, пленумы ЦК КПСС в 1954-55 гг. не рассматривали каких-либо тезисов доклада Хрущева "О культе личности и его последствиях". Более того, как отмечалось в Тезисах ЦК КПСС, посвященных 38-летию Октябрьской революции и, соответственно, в "идеологических передовицах" советской прессы октября-января 1956 г., т. е. в преддверии ХХ съезда КПСС, партия и страна готовятся "достойно встретить ХХ съезд партии следуя по пути, указанному Лениным и Сталиным".
Очевидно, такие призывы явились своего рода дымовой завесой, призванной «успокоить» оппонентов хрущевско-бериевской «десталинизации» как в нашей стране, так и среди других социалистических стран и компартий.
Выходит, о докладе Хрущева насчет "культа личности" знал лишь ограниченный круг его приближенных? В связи с этим примечательна оценка американской "Нью-Йорк таймс" (15.2.1956): "Несмотря на официальную риторику, ХХ съезд советской партии подведет недвусмысленную черту под сталинским периодом и, скорее всего, обозначит официальный отказ от идеологии и практики сталинизма…".
Значит, в США знали о намерениях Хрущева!
То, что хрущевские намерения могли быть неведомы большинству членов ЦК КПСС, подтверждает и "Блокнот агитатора" Главного политуправления Министерства обороны СССР, подписанный к печати в декабре 1955 года и вышедший в свет в январе 1956 года — т. е. за 1 месяц до ХХ съезда. Из 47 страниц этой брошюры первые 12 посвящены 76-летию со дня рождения Сталина — "верного ученика, боевого соратника и продолжателя бессмертного дела Ленина", и который, являя собой "великий пример служения народу, до конца своей жизни непоколебимо шел по ленинскому пути". Там же говорится и о том, что "наша страна достойно встречает ХХ съезд КПСС, следуя по пути, указанному Лениным и Сталиным". Все это наводит на ряд вопросов и, одновременно, ответов.
"Блокнот агитатора" был одобрен в ЦК КПСС накануне ХХ съезда. И вряд ли случайно появление «Блокнота» накануне закрытого хрущевского доклада. Можно представить, какой эффект имел этот доклад в сочетании с данной брошюрой, а также с другими публикациями того периода, прославляющими Сталина. Ну, а с учетом речи того же Хрущева на похоронах "великого учителя, вождя и друга трудящихся всего мира", эффект хрущевских «разоблачений» вообще не поддается описанию…