В середине 90-х польское посольство попросило о встрече со мною по поводу выхода из печати моего «Катынского детектива». Принимал меня консул Польши в России и одновременно первый секретарь посольства Ежи Ольшевский (Jerzy Olszewski), видный деятель в этом вопросе М. Журавский и, как говорится, другие официальные лица. Интересовало их несколько вопросов, возможно, главный — кто за мной стоит? От них же я узнал, что «Катынский детектив» уже обсуждался в польском Сейме (высшем законодательном органе) и что в Польше 800 тысяч «близких родственников» расстрелянных польских офицеров уже держат карманы шире в ожидании, когда же Россия начнет набивать эти карманы долларами. Я не стал реагировать на наглость такой постановки вопроса и предложил им потребовать открытого суда по Катынскому делу.

Как мне помнится, от самой мысли о суде по Катынскому делу поляки даже побелели: это невозможно!! Мертвых нельзя судить!

Этикет не позволил мне по этому поводу высказать всё, что я о них думаю, тем более в приличествующих случаю словах. А чем же они сами занимаются? Они, избегая публичного рассмотрения этого дела, уже осудили Россию! Осудили на основании только того, что какие-то лица в прессе и в Генпрокуратуре России болтают о том, что поляков, дескать, расстреляло НКВД!

Однако сегодня положение изменилось и польские фальсификаторы нагло игнорируют советы российских коллег. Напомню, что основатель довоенной Польши Юзеф Пилсудский, литовец по национальности, поруководив Польшей несколько лет, уже в 1927 г. на съезде легионеров в Калише сказал: «Я выдумал множество красивых слов и определений, которые будут жить и после моей смерти и которые заносят польский народ в разряд идиотов.» Может быть причина и в этом, но представители алчных родственников убитых польских офицеров с мая 2008 года начали толкаться в московских судах с заявлениями на катынскую тему. А тут дело обстоит так: когда ты подаешь заявление в суд, то можешь приложить к нему простую ксерокопию документа, который обосновывает твое требование.