У них стоят мощнейшие средства глушения связи. Нет никакой связи либо они выходят на наши частоты и дают ложные указания.
Итог захлебнувшегося штурма — 6 убитых и 9 раненых.
Вчера сбили нашу очередную сушку.
Над селом реет грузинский флаг. Сейчас начнётся новый штурм.
(Связь была прервана. Все время разговора в трубу ухало и кричали на фоне люди).
Пока всё.
13 августа — 8.00
Аркадий в Минводах. Всё нормально.
На штурм вчера в итоге плюнули и обошли село. Двинулись на Гори, а за село принялись артиллерия и авиация.
До Гори дошли почти без проблем, до нас там накрыли несколько джипов с грузинами.
Не доходя до Гори и встали. Натолкнулись на незначительное сопротивление. Пришла вертушка за ранеными, и я решил валить уже с ней.
Из войны вдруг вышел весь дух, все обленились. В общем, мне хватило, я возвращаюсь.
На месте же остаются чеченцы, они никуда пока не отходят.
До встречи в Москве.
ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
ОРУЖЕЙНАЯ СТРАДА
Зенитно-ракетные комплексы (ЗРК) — оружие не наступательное. Но Тегерану они нужны для прикрытия необычных объектов — центров, где идет наработка материалов, предположительно, для производства ядерного оружия. Поэтому российские поставки, укрепляющие военную мощь режима мулл, и вызывают резкую реакцию многих стран. Еще в декабре 2005 года Москва заключила с Тегераном контракт на поставку 29 ЗРК «Тор-М1» на $700 млн. В течение 2006 года Иран получил 12 новых буксируемых комплексов «Тор-М1Т» на автомобильном шасси и 17 установок на гусеничном ходу. В комплект поставки вошли и 1200 ракет. Новыми комплексами иранцы прикрыли в первую очередь ядерные объекты в Исфахане, Бушере, Тегеране и на востоке страны. Попутно в России прошли подготовку несколько десятков иранских ракетчиков из подразделений ПВО корпуса Стражей исламской революции. Именно «стражи» отвечают за безопасность ядерных объектов.