— Но как?

— Еще не знаю. Может быть, это дело и не выгорит, но только если что-то и может получиться, то только в зале и только ночью в субботу.

— Но тогда весь товар будет распакован, — попробовала возразить она.

— Очень хорошо. Можно будет выбирать. Взять самое лучшее.

Клер неуверенно улыбнулась. По всему было видно, что она сомневается и ей очень хочется, чтобы он поскорее развеял эти сомнения.

Тогда она спросила:

— Ты действительно считаешь, что такое возможно?

— Я еще не знаю. Мне нужно задать Лабатарду несколько вопросов. Позвони ему сейчас и скажи, что с утра мы к нему заедем.

Она уже было протянула руку к телефону, но затем остановилась и переспросила, оглянувшись:

— С утра?

— Как хочешь, — сказал он в ответ.

— А если я откажусь, то сделка будет расторгнута?

— Вовсе нет. Если ты откажешься, то сейчас поедешь домой, а утром заедешь за мной.

Она, казалось, ненадолго задумалась, по-прежнему оставаясь стоять у телефона.

— Но тогда придется потратить много времени на бесполезную езду, не так ли?

Паркер поднялся с постели и направился к ней. А немного погодя она позвонила туда, куда собиралась.

Глава 7

— Так дело не пойдет, — сказал Билли. Утром, примерно в половине одиннадцатого, они все собрались во дворе позади дома. В дальнем конце двора находилась небольшая жаровня, сложенная из кирпичей, на которой Билли собственноручно готовил гамбургеры. Дрова были не совсем сухие, и печь нещадно дымила.

Лемке сидел на нижней ступеньке крыльца черного хода с банкой пива в руке, водрузив на голову старую соломенную шляпу и щурясь от яркого солнца. Клер, одетая в голубые джинсы и белую блузку, расположилась в полосатом шезлонге, оказавшемся единственным предметом мебели во всем дворе. Паркер был полон решимости. Он непрестанно расхаживал по заваленному рухлядью двору, подобно тому, как пантера мечется по открытому вольеру в зоопарке.