Предательство всего и всех в любых сферах человеческого бытия стало «нормой» существования огромных людских контингентов, оно не вызывает ни особых вопросов, ни нареканий, не становится причиной стыда. Подумать только: кучка мерзавцев, дорвавшихся до власти и завладевших общенародным достоянием, разрешила быть подлецами, предавать, изменять Родине — и целые полчища псевдоинтеллигентского отребья с радостным повизгиванием ударились во все тяжкие, круша завоёванные кровью отцов и дедов символы, глумясь и осмеивая святыни, захватывая всё, что плохо лежит после упразднения государственного контроля, без раздумий и сомнений разменивая, продавая и вывозя за кордон государственные секреты. Гастро-энтеро-сексуальные рефлексы и хватательные инстинкты стали идеологией и движущей силой разнокалиберной образованщины, научившейся благовидным образом — изворотливо и, нередко, правдоподобно — обосновывать и оправдывать свои меркантильно-шкурные поползновения. Эта образованщина, особенно «творческая» и научная, давно доказала, что её жизнедеятельностью спинной мозг управляет в большей степени, чем головной. (Здесь, разумеется, не идёт речь о сугубо специальных знаниях, профессиональных способностях, талантах.)

Научно-техническая интеллигенция, с бездумным восторгом воспринявшая горбачёвскую «катастройку», не удосужилась просчитать неотвратимые последствия надвигавшейся вакханалии разрушения и не препятствовала начавшемуся внутреннему всероссийскому разгрому, предавая страну, вверивший ей народ и саму себя. А когда это многомиллионное сонмище современных дипломированных лохов в одночасье оказалось у разбитого корыта, сотни тысяч (а может быть, уже и миллионы) взращённых Советской властью «спецов»-профессионалов с низкого старта рванули за рубеж, непритязательно и мило объясняя свои заграничные вожделения: сегодня в России стало плохо, посему мы уезжаем; когда же в стране снова станет хорошо, мы вернёмся.