Если в основу нашего анализа поставить тезис, что Кремль прежде всего душит тех, кто для него особенно опасен (а почему Кремлю и не начинать с особо опасных?), то тогда в России наиболее опасной для режима партией следует считать нацболов – они запрещены. Но нацболы – это партия «прямого действия», нацболы никогда не имели внятной идеологии, никогда не имели внятной цели, и если нацболы запрещены, то как раз из-за их стремления к прямому действию – чтобы другим было неповадно брать с нацболов пример.

Понятно и почему наиболее страшным для Кремля лидером на сегодня является Каспаров, хотя, на мой взгляд, он пусть и принципиальный носитель, но носитель весьма стандартного набора либеральных идей. Может, другие лидеры со мною не согласятся, но столько злобного дерьма в прессе режима, сколько льется на Каспарова, другим лидерам не выделяется, более того, когда речь идет о Каспарове, пропагандисты Кремля теряют чувство юмора.

Скажем, чего стоит муссируемый ими тезис о том, что Каспаров продал Россию Америке? Ведь это все равно, что в доме повешенного говорить о веревке, поскольку проживи Каспаров 100 жизней, он все равно не успеет продать Россию Америке так, как ее уже продал Путин. Каспаров страшен для Кремля не как политик, а как личность. Он страшен своей полной личной самодостаточностью: он и без политики величина, а они нули и в политических должностях; он и без спичрайтера речь скажет, а они нет; он и без помощников статью напишет, а они не то, что написать, они и прочесть простую статью не способны.

Политические комментаторы причины этого страха режима перед Каспаровым, на мой взгляд, вряд ли понимают, но пусть тогда поверят в то, что те ничтожества, что сейчас вертятся у вершины российской политики, этот страх «нутром чуют». АВН, с одной стороны, в плане прямого действия и близко не походит на нацболов, с другой стороны, не имеет такого страшного для режима лидера, как Каспаров.