Уважаемый Юрий Игнатьевич! Ваша книга "Убийство Сталина и Берия" стала моей настольной книгой. То, что написано в ней, полностью совпадает с моим мнением. После похорон И.В. Сталина в народе поползли упорные слухи о его насильственной смерти. Но народ в это верил с трудом, поскольку считал, что на такого великого человека никто не посмеет поднять руку. По нынешнему статусу я являюсь пострадавшим от политических репрессий, поскольку мой отец в 1940 году был арестован и осужден по статье 58 УК - как  "враг народа" - на восемь лет с поражением в правах еще на пять лет. Выйдя на свободу в 1949 году, отец говорил: "Меня посадил не Сталин, а сволочь (им оказался лучший друг, вскоре пропавший без вести)". Смерть И.В. Сталина он принял, как трагедию, и был очень огорчен. Я прожил при И.В. Сталине пятнадцать лет, поэтому о его делах и о любви к нему народа знаю не по слухам и не от очернителей-дерьмократов. Выступление Н. Хрущева на съезде, где он забрасывал грязью великого человека, когда партию ВКП(б), состоящую из 80% честных большевиков и 20% шкурников и откровенных саботажников, заменил на КПСС, состоящую из 80% шкурников, затаившихся предателей и прочей шушеры, я назвал трагедией СССР. Из-за принципа в  КПСС не вступал, несмотря на все попытки любым способом затянуть меня в нее, за что получал шишки - и довольно увесистые. Явление Горбачева-Ельцина принял в штыки. Не вступая в ряды КПРФ, в течение почти десяти лет помогал ей в проведении выборов, организовав в поселке с пятью тысячами населения отделение НПСР. Все выборы различных уровней, проводимых в поселке, как правило,  выигрывали коммунисты, за что в глазах местных и районных чиновников я стал врагом номер один, а поселок отнесли к "красному поясу".