– Они небось дорогой коньячок лакают! – мечтательно сказал Мельница. – Я бы тоже не отказался, это самое… обмыть.

– Нам с тобой пока обмывать нечего! – отрезал Шериф. – Так что и не мечтай лучше, тебе это вредно. Ты когда мечтаешь, у тебя расслабуха наступает, и ты для работы уже ни хрена не годен.

– Какая тут работа? – тоскливо пробормотал под нос Мельница. – Тут почва глинистая. Скоро так развезет – на танке не проедешь.

Шериф расслышал его слова, но, против ожидания, на этот раз не разозлился.

– Ничего, проскочим! – убежденно заявил он. – У меня предчувствие. Косматый скоро уже позвонит. Главное, не расслабляться, и все у нас получится, как говорят по телевизору. Давай-ка посмолим пока, что ли! Ты хоть рот свой закроешь, – засмеялся он. – А то достал своим карканьем…

Мельница, хмурясь, полез в карман и, достав пачку сигарет, протянул ее Шерифу. Тот выудил одну и тут же, чертыхнувшись, швырнул на пол – с брезентового тента прямо на руки ему упала огромная холодная капля. Сигарета промокла.

– Видал, что делается? – сварливо спросил Мельница. – Говорю, не везет нам…

Он сунул в зубы сигарету и чиркнул зажигалкой. Шериф потянулся к огню, но, прежде чем он успел прикурить, мелодично пропел телефон.

– Твою мать! – почему-то шепотом сказал Шериф, и вторая сигарета полетела на пол. – Косматый!

Он прижал трубку к уху и, сгорбившись, стал вслушиваться в неразборчивый лепет, который доносился из телефона вперемешку с шумом дождя. Мельница, открыв рот, напряженно смотрел на него.

– Что? Громче! Не слышу! – резко выкрикнул Шериф, зло вращая глазами. – Так! Понял! Все!.. Что значит, тебе чего делать? Как договаривались. И некогда базарить, понял?

Он рывком сложил трубку, засунул ее в карман пиджака и лихорадочно сверкающими глазами посмотрел на своего спутника:

– Все! Действуем! Они выехали! Теперь смотри в оба!