А тут ещё демократическое киноискусство подсобило и наклепало столько унизительных и маразматических фильмов об армии, что окончательно убило всякое желание служить в ней. Не постеснялись даже экранизировать пропагандистскую стряпню Войновича времён «холодной войны». Всё брошено в костёр пропаганды, только чтобы доказать (или внушить), что армия — это нечто уродливое, постылое, не вписывающееся в светлый образ демократии и существующее по инерции, как остаток прошлого наследия. Можно с уверенностью констатировать: либералы воспринимают армию, как враждебный институт государства (мебельщик во главе армии — прекрасное тому доказательство).
Всё вместе это породило в народе очевидную пассивность к идее защиты государства. Для него, народа, это логически оправдано: раз сама власть не обеспокоена этим, то с какой стати такая головная боль ему. Произошло чудовищное извращение в сознании: защита государства, его безопасность стали пустым звуком. Власть морально подавила в народе инстинкт служения Отечеству. В прошлые годы ещё существовало стремление народа поддержать и сохранить армию — движения в защиту армии и оборонной промышленности (Рохлин, Умалатова); теперь таких энтузиастов нет. Уничтожена мораль созидания вообще, а вместе с нею и чувство ответственности за судьбу Отечества.
Посмотрим, а как обстояли дела во время первой демократии. Генерал А.А. Брусилов в той же книге «Мои воспоминания» описывает поведение солдат, готовых бросить фронт и отправиться по домам. Он пытается воззвать к их патриотическим чувствам: «А что же тогда будет с матушкой Россией, если вы никто о ней думать не будете, а каждый будет заботиться только о себе?» Ответ разочаровал Брусилова: что будет с государством, их не касается.