Здесь, во дворах между Димитрова и Альпийским, в самом южном и самом гопническом районе Ленинграда семиклассник Дима Новик по дороге из школы нашел старую непроявленную фотопленку.

Непроявленная фотопленка — это всегда интрига. Что там на ней? Что за человек щелкнул затвором фотоаппарата? Какие люди попали в кадр? Почему именно они? Дима шел домой быстрее обычного — в маленькой квартире, окна которой выходили на железнодорожную станцию Проспект Славы, у него была своя фотолаборатория. Там он проявлял сначала сделанные на свою старенькую «Смену» фотографии друзей и родственников — мама отдала его в фотокружок, чтобы не болтался на улице — а потом, уже по собственному желанию, перефотографированные из забугорных музыкальных и порно журналов снимки групп Accept, Kiss, Black Sabbath и безвестных голых баб. Эти фотографии отлично расходились в школе за небольшое вознаграждение. Что-то около двадцати пяти копеек. Так зарабатывался авторитет, столь необходимый в седьмом классе школы на окраине города.

На пленке, найденной по дороге домой, половина фотографий была засвечена, а на тех немногих, которые все-таки получились, пятеро толстых мужиков с гитарами и в полном панковском обмундировании нахально скалились в камеру и держали в руках кусок ватмана с нарисованной свастикой и словом «Реонимация», коряво выведенным краской. Кто-то даже показывал фак.

Дима посмотрел на свет на проявленную пленку и пошел к телефону: