Когда они разузнали, что твориться у них под носом, они чуть не выгнали меня вместе с ним из дома. Я думаю, Чак подслушал нашу перебранку из-за его и уехал… У нас не было никакой неприязни, но друзья Чака стали говорить, что он уехал потому, что был слишком хорош для нас. Мы знаем, что на самом деле Чак так не думал, но слухи понеслись, и отношения стали натянутыми. Сейчас мы уже не дети, чтобы поливать друг друга грязью!"

Ситуация для Чака была тяжелой (наверное он был слишком привычен к гостеприимству своей замечательной мамы). Он расстроен и звонит перед отъездом своему другу Мэтту Оливо:

— Привет, это Чак.

— Привет!

— Это какой-то кошмар. Я полностью обескуражен: мне приходится жить за чужой счет, я не вижу никаких перспектив, к тому же ситуация здесь накаляется.

— Все что ты делал — коту под хвост?

— Точно. Я просто хочу, к черту, уехать скорее из этого Торонто.

Потом Чак скажет, что это было несложно — осознать, что он совершил большую, большую ошибку. Всего две недели — и Чак уехал.

Чак не терял зря времени и снова поехал на запад. В Сан-Франциско он, используя старые связи, попытался собрать новый состав. Первым в списке значился старшеклассник одной из школ городка Конкорд (Concord, California) Крис Райферт (Chris Reifert). Тогда ему было 16 лет, но он уже успел поиграть на барабанах в ряде местных метал-групп, из которых самой известной была, пожалуй, BURNT OFFERING. До этого был еще недолговечный коллектив GUILLOTINE, от которого даже остались репетиционные записи, но ни одного судийного демо… Это все имело место где-то в 1983–1984. А ведь Крису в 83-м было всего 14 лет…

Райферт признает, что тогда он был юным неофитом и преклонялся перед DEATH: "Я покупал по почте кассеты у самих музыкантов, например Death Live 84. Был такой неплохой магазинчик в Сан-Франциско, который торговал всяким андеграундом, "Склеп Звукозаписи" (Record Vault). Они частенько выставляли разные бутлеги и демо-материалы. Я купил 3 из 4-х демо DEATH в этой лавке".