Теперь у каждого были только мотор впереди, небо над головой и тёмно-синяя водная гладь снизу. Более ничего. Рядом, растянувшиеся в боевом порядке, машины товарищей. Все 34 Ме-109 вместе! Они чуствовали себя непобедимыми и готовы были противостоять любому противнику, пусть даже и над водой.

Полёт над водой-хорошая проверка нервов, когда летишь на самолёте с одним мотором. Если пропеллер внезапно начнёт вращаться чуть медленнее- ты неминуемо пропадёшь. Такое уже часто происходило по каким-либо необъяснимым причинам. Многое зависело и от того, были ли вовремя заменены в истребительных группах моторы Даймлер-Бенц после выработки ресурса.

И вот каждый сжимал ручку управления, превратившись в зрение и слух. Сердце бьётся вместе с тактами мотора. Хороший пилот слышит каждый звук из цилиндров, каждый шорох, чуствует каждый толчок. Снова и снова бросая взгляд на тахометр и датчики давления, Петер Хенн спрашивал себя, выдержит мотор или не выдержит?…

В строю как правило летают на крейсерском режиме. Однако иногда пилот волей-неволей вынужден давать полный газ, если он начинает отставать. Петер ощущал почти физическую боль, когда ему приходилось взвинчивать обороты, чтоб оставаться в строю. Внезапно он услышал в наушниках чей-то голос:

«Это Жёлтая Пять! Это Жёлтая Пять! Мотор не в порядке, теряет обороты. Он останавливается!…»

Это был голос маленького унтерофицера, который только три недели назад вернулся из отпуска. Теперь он висит на высоте 4000, как раз на «кислородной границе», севернее мыса Скерки над Средиземным морем, на полпути между Сардинией и Сицилией и его пропеллер вращается всё медленнее и медленнее. Мотор стучит, скрежещет, трясётся и всё более и более снижает обороты, как бы пилот не двигал рукоятку газа. Потом снова раздаётся голос:

«Я теряю высоту- больше не могу следовать в строю.»