— Ань, а ты меня ни с кем не путаешь? Я не в МЧС, а на телевидении работаю!

— Вот именно, — кивнула Анка. — Ты работаешь на телевидении и имеешь опыт ведения журналистских расследований. И пишешь детектив, я знаю!

Я поморщилась и подумала, что надо сделать строгий выговор Коляну. Кто еще мог разболтать, что я дерзнула пойти по стопам уважаемых мадам Кристи, Хмелевской и Марининой? Впрочем, я пока недалеко ушла, застряла на второй странице третьей главы. К этому моменту у меня напрочь закончились второстепенные персонажи, которых я неэкономно поубивала в первых двух главах. Роман обещал быть динамичным, сюжет закрутился головокружительный, но для выхода на следующий его виток я должна была сначала пополнить народонаселение произведения. Между тем новых лиц я ни вокруг себя, ни в своем воображении не видела, а старые так надоели, что расселять их на страницах детектива не имело никакого смысла: ни один не дожил бы до конца третьей главы.

В такой ситуации разбрасываться свежими людьми не стоило, Анкина Маша тоже могла на что-то сгодиться.

— Ладно, — сдалась я. — Что за Маша?

— Маша — это Мария, — веско ответила Анюта.

Это, конечно, была бесценная и, главное, совершенно неожиданная информация.

— Она же Мери, Машуля, Машенция и Машерочка! — нетерпеливо гаркнула я. — Кто она такая, зачем тебе ее искать?

— Маша — моя лучшая и самая старая подруга.

— Насколько старая? — уточнила я.

Главным образом, потому, что очень старая подруга запросто могла найтись уже на том свете, а я не планировала заводить свое журналистское расследование так далеко.

— Мы с ней дружили еще в студенческие годы. Ой, как мы дружили! — Анка мечтательно улыбнулась. — Мы в общаге в одной комнате жили, вместе играли в вокально-инструментальном ансамбле и даже песни для него сочиняли. В походы ходили, с парашютом прыгали! Вообще неразлучны были, как сиамские близнецы, да многие нас и принимали за сестричек.