– Кому?

– Пока не знаю.

– И... куда, если не секрет?

– Ну какие же у меня могут быть от тебя секреты. В общем, ухожу, может быть, не совсем правильное слово. Поднимаюсь... чуть-чуть повыше. Короче говоря, – Василий Иванович, немножко растягивая удовольствие, взял из вазочки обсыпанную кокосовой стружкой круглую печенюшку, – мне предложили возглавить управление. – Печенюшка исчезла во рту.

– Какое управление? Наше?

Хрустя печеньем, Ахаян развел руки в жесте, переводимом на язык слов как «естественно».

– Только об этом пока молчок.

– Само собой. А Кирпичников куда? – вспомнил о действующем начальнике управления Минаев.

– Ну... – Ахаян жестом изобразил действия рыбака, забрасывающего в воду спиннинг и крутящего его катушку. – Или... я не знаю, чем он там еще любит заниматься. На досуге.

– Понятно. – Минаев на мгновение опустил вниз глаза, и, когда поднял их обратно, на его лице была заметна немного сдержанная, но искренняя улыбка: – Ну что ж, Василий Иванович, поздравляю.

– Рано пока. Коллегия еще не утвердила.

– Да это... – Минаев успокаивающим жестом махнул рукой.

– Ну не скажи. Все может быть. Ты же сам знаешь, какое у нас англосаксонское лобби.

– Да у них сейчас и фигур-то достойных нет. Корниенко если только, да ведь ему уже за шестьдесят. Так что... я лично даже и не сомневаюсь.

– Ну... посмотрим, посмотрим. – Ахаян задумчиво помолчал, затем, подняв глаза на своего собеседника, жестом напомнил ему о пустоте стаканов и, внимательно наблюдая за процедурой их наполнения, продолжил: – Так что теперь передо мной, как ты понимаешь, тоже задача. Кому отдел передать. – Заметив, как рука Гелия, при последних его словах, слегка дрогнула и перелила в свой стакан несколько лишних грамм, он удовлетворенно, про себя, усмехнулся. – Теперь, в общих чертах, ясно, зачем я здесь?

Минаев, опустив глаза, замер в немного скованной позе.

– Ну, чего молчишь?

– Да... я не знаю...