Зарубежные экономисты не раз советовали Японии учесть ограниченность ее посевных площадей и перейти от риса к более доходным культурам. Скажем, по примеру Израиля выращивать под пленкой клубнику или дыни, а нужное стране зерно приобретать на мировом рынке. Однако в данном вопросе Токио руководствуется не коммерческой выгодой, а прежде всего соображениями продовольственной безопасности.

А тут за последние три десятилетия произошли изменения, которые не могут не настораживать страну, расположенную на изолированных островах, где рискованно полностью полагаться на импорт продовольствия. Если тридцать лет назад самообеспеченность Японии продовольствием составляла 73 процента, в том числе зерном 62 процента, то ныне эти цифры снизились соответственно до 41 и 28

процентов. Для сравнения – самообеспеченность зерном Соединенных Штатов – 138 процентов, Китая – 94 процента. В Токио расценили данную тенденцию как угрозу продовольственной безопасности и поставили цель к 2010 году поднять показатель самообеспеченности продовольствием до 50 процентов.

В сущности, Токио субсидирует сельскохозяйственное производство, за что подвергается резкой критике со стороны Запада. Под нажимом Всемирной торговой организации Япония увеличила квоту на импорт риса до 8 процентов своего потребления, но ввела тариф по 3 доллара на каждый килограмм, чтобы снизить его конкурентоспособность. Впрочем, не хуже других барьеров японский рис защищает его несравненное качество.

Тем не менее неограниченный импорт более дешевого продовольствия из-за рубежа мог бы разорить отечественных земледельцев. Однако в правительстве своевременно рассудили, что прекращать и возобновлять производство зерна нельзя словно поворотом крана. Если со сцены уйдет последнее поколение рисоводов, вернуться к самообеспеченности зерном при чрезвычайных обстоятельствах страна уже не сможет. Поэтому правительство продолжает защищать земледельцев, дабы решать ключевую задачу сельского хозяйства – в достатке снабжать японцев главной продовольственной культурой – рисом.