Обычай работать лишь до замужества, в сочетании с японской системой платить при найме крайне низкую ставку и увеличивать ее со стажем, делали девичьи руки наиболее прибыльными для нанимателей. К тому же молодую крестьянку было легко уговорить даже эти деньги почти целиком оставлять в кассе предприятия, взамен за место в общежитии и питание в заводской столовой. Достаточно подписать такой контракт, и через 5—7 лет ей была гарантирована необходимая для приданого сумма.

Массовый приток сельской молодежи в города иссяк в Японии уже в 70-х годах. Девушек из городских семей тоже старались нанимать лишь до свадьбы. Когда же, вырастив до школьного возраста детей, они снова приходили работать на предприятия и в учреждения, их брали лишь как «временных» или «внештатных» сотрудниц, с очевидной целью – привязать женщин к низкому заработку, не дать им возможности сделать служебную карьеру.

С 90-х годов стали все отчетливее сказываться последствия неуклонного снижения рождаемости при росте средней продолжительности жизни. Японское общество стало стремительно стареть. Растущий спрос на рабочую силу перечеркнул традицию, когда женщин было принято нанимать лишь до замужества. Он побуждает домохозяек идти работать, а предпринимателей – улучшать условия найма женщин.

Если 30 лет назад среди работавших женщин было всего 32 процента замужних, то ныне их доля расширилась до 57 процентов. Желающих гораздо больше. Но главное, что мешает японкам сочетать работу с семейными, прежде всего – с материнским делами, это особенности здешней корпоративной культуры. Так уж повелось, что почти никто не уходит домой в положенное время. Сотрудники подолгу засиживаются на работе, или участвуют в совместных попойках за фирменный или казенный счет. А детские учреждения действуют лишь с 8 до 18 часов. Нанять же кого то присматривать за детьми по вечерам стоит 20 долларов в час, плюс оплата проезда в оба конца (хоть сам нанимайся!).