Женщины у Грака вообще занимают особое место; их связи с природой, со стихийными силами прочнее, чем у мужчин, их чувства непосредственны и в большей степени подчинены их внутренним потребностям, импульсам, чем внешним обстоятельствам. У Моны нет той рассудочности, склонности к самоанализу, которые составляют несчастье Гранжа, но это же делает ее существом загадочным и непредсказуемым.

Мона — тонкая нить, соединяющая Гранжа с миром людей, находящихся за пределами войны, но рвется и эта нить; идиллическая любовь заканчивается так же внезапно, как и началась. Уезжает вместе со спасающимся от приближающегося противника населением Мона. Тяжело раненный, Гранж с трудом добирается до опустевшего дома Моны. Уже ничто не связывает его ни с настоящим, ни с будущим. О прошлой же его жизни мы вообще ничего не знаем. Теперь он окончательно чувствует себя потерянным, выбитым из колеи: «Никто больше не ждал его. Никогда и нигде».

По словам самого Грака, оставались недописанными и, естественно, неопубликованными страницы «Балкона в лесу», предназначавшиеся для первой части романа, «очень важная глава», которая должна была придать всему произведению некую «религиозную тональность». Можно пожалеть, что эти страницы до сих пор неизвестны: может быть, они пролили бы дополнительный свет на мысли, владеющие Граком, на его отношение к современной жизни.

Несколько особняком в творчестве Грака стоят книги, жанр которых трудно определить, но без которых нельзя представить литературное наследие писателя достаточно полно. Скажем о них хотя бы несколько слов.

«Тесные воды» — волшебное путешествие по маленькому, мало кому известному притоку Луары, вызывающее поток сложных и тонких литературных и иных ассоциаций, «экскурсия», завершающаяся в родных местах, у калитки семейного дома. Опять дорога, движение: в памяти звучат имена поэтов, художников, музыкантов, воскресают то звуки старинного эпинета или виржиналя, то картина Вермеера, то строки из стихотворения Жерара де Нерваля. Но это еще и живые зарисовки влюбленного в природу краеведа, подробно — и поэтически! — рассказывающего о встречающихся ему деревьях, кустарниках, цветах, об особенностях местности, по которой движется его суденышко.