Ферсману очень нравились минералогические экскурсии. Вернадский в 1904 году, отправляясь в экспедицию на Украину, спутником своим выбрал Ферсмана и еще одного студента.

Путешествовали они по украинской земле весной, в пору обновления природы. Житомир, Бердичев, Полтавская губерния, Киевская… Трудно сейчас в полной мере восстановить детали этой поездки. По-видимому, исследовались преимущественно выходы очень древних гранитных массивов, где встречались вкрапления графита. Один из образцов графита в граните из Глуховцов (под Бердичевым) имелся в коллекции Московского университета. Подобные находки отмечались по р. Тетерев на Житомирщине.

Не исключено, что во время этих маршрутов Ферсман впервые глубоко задумался над подземной судьбой углерода. На юге Африки, например, углерод предстает в кимберлитовых жерлах драгоценными вкраплениями алмаза.

Но чаще он приобретает облик невзрачного, маркого графита. Что тому причиной? Влияние геологической среды, условий образования? А если возможны переходы алмазов в графит и графита в алмаз?..

Вернадский познакомил своих спутников с минералами почв и химическими особенностями знаменитого чернозема, который он изучал когда-то под руководством своего учителя В. В. Докучаева. И в душе молодого Ферсмана пробуждалось ощущение единства природы Земли во всех ее проявлениях. Опадающая белизна цветущих садов, жирные пласты чернозема — биокосного тела, неотделимо соединяющего в себе живое (корни растений, микробы, червей) и неживое, косное, минеральное, зернистая твердь гранита, поднятого могучими геологическими силами с многокилометровых глубин, выброшенного волнами времени из невообразимых далей миллионолетий.

Что общего между мимолетным, недолгим и вечным, между живым, биокосным и минеральным? А общее, оказывается, есть: при выветривании гранита образуются химические соединения и минералы, частично попадающие в почву, а из почвы — в растения. Но это еще не все.