- Или ее, - заметил я.

- Его, - возразил Квирк. - На каждом месте преступления обнаружены следы спермы.

- На месте преступления? - удивился я.

- Именно. Не в женщинах. В этот раз на ковре, в прошлый - на бедре у жертвы, еще раньше - на диване.

- Онанирует, - предположил я.

- Возможно, - согласился Квирк.

- До или после?

- Хрен его знает, - пожал плечами Квирк.

Белсон медленно ехал по Джамайка-уэй. Слева поблескивал на солнце пруд. Справа возвышались большие, величественные здания. Хотя сегодня они почему-то казались мне менее величественными, чем обычно. В большинстве из них размещались различные учреждения: частные школы, церкви, дома престарелых. В некоторых соседствовали сразу несколько контор.

- Не исключено, что он полицейский, - заметил Квирк.

- Только этого еще не хватало, - проворчал я.

Квирк оторвал взгляд от окна, внимательно посмотрел мне в лицо и задумчиво кивнул.

- Этот ублюдок написал мне письмо. - Он вытащил из кармана конверт и протянул мне.

Обычный почтовый конверт, какие продаются в любом киоске. Сверху на машинке отпечатана фамилия лейтенанта и его домашний адрес. Обратного адреса, конечно, не было. Я открыл конверт. Лежащий внутри белый лист бумаги оказался таким же обычным и безликим. Напечатанный на той же машинке текст гласил:

"КВИРК!

Это я прикончил шлюху и официантку.

Лучше поймай меня. Я могу сделать это снова.

Я - полицейский".

Я еще раз осмотрел конверт. Штемпель указывал, что письмо было отправлено из Бостона три дня назад.

- Он знает твой домашний адрес, - заметил я.

- Он есть в телефонной книге, - возразил Квирк.

- И все же он хочет, чтобы ты знал - ему известен твой домашний адрес.

- Похоже.

- Когда ты получил письмо?

- После второго убийства.

Белсон проехал на красный свет на перекрестке с Бруклин-авеню и свернул на Ривер-уэй.