Эта добрая сестра употребляла все свое время для воспитания меня в набожности и научения в таких областях знаний, которые более всего подходили моему возрасту и способностям. Она обладала многими талантами и с успехом их совершенствовала. Ей нравилось часто молиться, и ее вера не особенно отличалась от веры большинства людей. Также она отказывала себе во всяком удовольствии для того, чтобы быть со мной и обучать меня. Ее привязанность ко мне была настолько сильной, что она находила больше удовольствия в моем обществе, нежели в чьем–то другом. Если я давала ей удовлетворительные ответы, хотя большинство из них были даны скорее наугад, нежели от знания, она считала это достойным вознаграждением за свой труд. Находясь под ее опекой, я вскоре овладела большей частью наук, подходящих для моего возраста. Многие взрослые люди высокого положения не смогли бы давать более вразумительных ответов.

Мой отец часто посылал за мной, желая видеть меня дома, и однажды я увидела там королеву Англии. Мне тогда было около восьми лет. Отец сказал духовнику королевы, что если он желает немного позабавиться, то ему следует пообщаться со мной. Он проверял меня тем, что несколько раз задавал мне сложные вопросы, на которые я давала настолько уместные ответы, что он привел меня к королеве и сказал: «Вашему величеству следует получить удовольствие от общения с этим ребенком». Она также задавала мне вопросы и была так восхищена моими милыми ответами и манерами, что настаивала, правда без малейшей назойливости, на том, чтобы мой отец отдал меня ей. Она уверяла его в том, что будет особенно заботиться обо мне, готовя к роли фрейлины принцессы. Но мой отец был против этого.