Но прежде чем эти дела будут освещены Солнцем Правды, человек сам обнаружит их, что они наполненны нечистотою и низостью, которые будут разъедать его сердце. В то же время несчастная грешница, Магдалина, была прощена, ибо она много возлюбила, а ее вера и любовь были вменены ей в праведность. Вдохновленный Павел, так хорошо понимавший эти великие истины, и так тщательно их исследовавший, убеждает нас, «что Аврааму вера вменилась в праведность». Это действительно прекрасно, ибо воистину все поступки этого святого патриарха были исключительно праведными. Однако, не считая их таковыми, он основывал свою веру на пришествии Христа, добровольно отказавшись от всякой любви к собственным делам и ни в коей мере не обладая самолюбием. Он продолжал надеяться на Бога несмотря ни на что, и это было вменено ему в праведность (Рим. 4:18, 22). Праведность чистую, простую и настоящую, заработанную Христом, а не самим собой.

Вы можете посчитать это отклонением от темы, но на самом деле это именно то, что неуклонно ведет к ней.

Все это показывает, что Бог совершает Свою работу либо в обращенных грешниках, чьи прошлые беззакония препятствуют желанию возвышаться, либо в людях, чью самоправедность Он разрушает. Он полностью сокрушает то горделивое строение, которое они возвели на основании из песка, вместо того, чтобы созидать его на Камне–Христе. Цели, поставленные Христом во время Его прихода в этот мир, достигаются с помощью необратимого разрушения именно той структуры, которую Он на самом деле намеревается возводить. Он созидает ее с помощью тех самых средств, которые, как может показаться, уничтожают Его Церковь. Каким странным образом Он все заново распределяет и дает этому Свою санкцию на существование! Сам законодатель, приговоренный просвещенными и великими, умирает бесславной смертью злодея. Если бы мы смогли уразуметь, сколь разителен контраст между нашей самоправедностью и предписаниями Бога, это стало бы источником нашего бесконечного смирения, и мы бы абсолютно перестали доверять тому, на чем зиждется в настоящее время все наше упование.