Теперь я вспомнил, что рядом стоял Володя Мухачев, и повернулся к нему. У Володи были вытаращены глаза, отвисла челюсть. Он все видел.

- Иван Дудкин, - выговорил я наконец. - Откуда он здесь взялся?

- Какой Иван? - отозвался мой друг. - Это наш новый лаборант. Амстердам его фамилия, Вася...

Я рассказал Мухачеву о своей таежной встрече с этим Амстердамом, об истории с лебедем, и Володя поверил: ведь он только что видел содеянное его лаборантом. Мы вернулись в институт, где Мухачев разузнал адрес Дудкина-Амстердама, он жил в дачном поселке Ильинка, примчались туда на такси, но хозяйка дачи сказала, что жилец еще утром съехал с вещами. Так во второй раз оборвался след этого удивительного человека...

- Человека? - переспросил Игорь Николаевич. - Но ведь вы только что утверждали, будто он из созвездия Лебедя.

- Ну и что же? Ведь все его поведение было в высшей степени человеческим...

- Как же вы объясняете происшествие с девочкой?

Геолог пожал плечами.

- Мы так и эдак прикидывали с Мухачевым... Тут два объяснения. Или мы стали жертвой наведенной галлюцинации, массового гипноза, и сцена неотвратимо надвигавшейся катастрофы была внушена нам тем же Дудкиным-Амстердамом, либо...

- Не продолжайте, - сказал Чесноков, - дайте мне объяснить самому. Ведь я люблю фантастику... Поклонник Ефремова и Клиффорда Саймака. Тут, видимо, имело место быть временное смещение. Этот ваш маг и волшебник открутил время назад и поменял в новом его течении события местами. Вначале пропустил "скорую помощь", а затем позволил этой троице оказаться на мостовой. Разве я не прав?

- Примерно так себе представляли случившееся и мы. Правда, сегодня ночью я попытался выяснить причину этих фокусов у автора их, но мне он так ничего толком не объяснил. Сослался на то, что не имеет права знакомить меня с достижениями их цивилизации. Я так понял, что мы еще не созрели духовно для постижения таких истин.