Множество молодых людей продефилировали перед ее глазами: и на верховых прогулках в Париже, и на воскресных домашних приемах, и на танцевальных вечерах во время зимнего сезона в Каире, пока она наконец не влюбилась. Арчибальд Кристи был высок, синеглаз и независим. Их разлучила Первая мировая. Агата ухаживала за ранеными, а Арчи, профессиональный военный, был направлен в Королевские ВВС и вернулся командором орденов Святого Михаила и Святого Георгия, кавалером ордена «За боевые заслуги» и нескольких медалей, а кроме того, был целых пять раз упомянут в сводках боевых действий. С тех пор супруги обзавелись своим домом, произвели на свет дочку и успели прожить двенадцать лет, прежде чем их семейная жизнь дала глубокую кровоточащую трещину. Прошлым летом, вскоре после того как умерла мама Агаты, Арчи признался, что полюбил другую.

…Но есть верное средство – когда ты ясным днем ведешь послушную машину, сама собой приходит уверенность, что и жизнь тебе так же послушна. Тогда, в тот декабрьский четверг, Агата поверила вдруг, что все будет хорошо, что тяжелая полоса осталась позади, что сама она полностью оправилась от нервного срыва, вызванного маминой смертью и изменой мужа. Стоило Арчи дружески пошутить насчет ее шляпки или взять ее за нос таким милым, давно знакомым жестом, – как Агата улыбалась, словно ребенок, которого наконец простили. Арчи был самоуверен, как и все люди, лишенные фантазии. Да и зачем она, когда есть твердое общественное положение, неотразимая улыбка и фигура греческого бога?

Арчи был, что называется, непотопляем.

Агата припарковалась на привокзальном дворике. Выйдя и небрежным жестом распахнув дверцу перед женой. Арчи направился к зданию вокзала и, протянув билет контролеру, повел жену под руку вдоль перрона.

– Вон туда он и пошел, – Агата показала на пути. – Тот коротышка из белого домика напротив нашего пошел туда, встал на колени и, когда поезд уже приближался, положил голову на рельс.