20 февраля 1935 года пассажирский поезд медленно переползал через советскую границу. Стоявшие в коридорах и смотревшие в окна пассажиры с любопытством смотрели на деревянную арку, украшенную флагами и гербом СССР, под которой проходил состав. На одной ее стороне виднелась надпись: «Привет рабочим Европы!» — а на другой, советской: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» В поезде появились советские пограничники, попросившие пассажиров предъявить паспорта. Со вкусом одетый господин сорока с небольшим лет протянул им свои документы. Это был австрийский паспорт на имя Йозефа Гофмахера. Пограничник посмотрел его, внимательно сличил фотографию с «оригиналом», козырнул и вернул документ владельцу. Все было в порядке.

Вскоре господин Гофмахер уже расхаживал но перрону пограничной станции Негорелое, рассматривая портреты Ленина и Сталина, а также фотографии Кремля, Красной площади, сибирских и уральских заводов-гигантов. Он чувствовал сильное волнение. Господином Гофмахером был коммунист-подпольщик Йосип Броз, а чувства коммуниста, попадавшего в то время в Советский Союз, он описал сам. «В самые тяжелые часы, в мрачные ночи бесконечных допросов у следователей и издевательств, в дни убивающего одиночества в камерах и карцерах нас всегда поддерживала вера, что все наши мучения не напрасны, что все же существует сильная, мощная страна, правда далеко от нас, в которой осуществлены все наши идеалы, за которые мы боролись, — вспоминал он. — Так думал и чувствовал не только я, но и тысячи других товарищей, с которыми я общался в то время»

21 февраля 1935 года он был уже в Москве. Начинался один из самых загадочных периодов его жизни…

Во время своих прошлых приключений в России Броз так и не побывал в Москве, поэтому сейчас с огромным любопытством рассматривал ее. Он прогулялся по улице Горького (недавней Тверской) и поселился в гостинице «Люкс», находившейся на той же улице, в доме № 36.