Британское Адмиралтейство первой трети XX в. дает классический пример всех перечисленных процессов. Военно-морское ведомство Англии уже имеет мощные пропагандистские подструктуры, свои периодические издания, влиятельное лобби в палате общин. Отставные адмиралы все чаще приглашались на руководящие посты и в советы директоров крупнейших частных судостроительных и оружейных фирм. "Эпоха нового маринизма" породила в Англии и особый феномен адмиралов-политиков, таких как Чарльз Бересфорд, Джон Фишер, Дэвид Битти. Последние два в течение нескольких лет "де факто" осуществляли единоличное руководство всей морской политикой Империи и требовали признания за ними этого права "де юри".Случай беспрецедентный в истории Англии. В первой трети XX в. первый морской лорд неизменно был в числе тех, кто "делал" внешнюю политику Великобритании. Первые три десятилетия XX в. стали последними в истории Англии, когда она смогла удерживаться на позициях сильнейшей морской державы. На протяжении этого периода Лондону пришлось столкнуться с вызовом со стороны Германии, а затем - со стороны США. Морское соперничество с Германией в начале XX в. потребовало от Англии чрезвычайного напряжения всех ее промышленных и финансовых возможностей, возобновления англо-японского союза и заключения союзов с Францией и Россией, перемещения стратегического центра морской мощи из Средиземного моря в воды метрополии. В конечном итоге морская мощь Германии была сокрушена в ходе четырехлетней упорной борьбы.
Окончание первой мировой войны кардинально изменило порядок распределения морской мощи в мире и стратегическое положение Великобритании.