Не были Корниловы и знатны.
…В грамоте от 21 апреля 1785 года Екатерина II потребовала от дворян вписываться в Родословную книгу той губернии, где они владели имением. Для этого требовалось доказать уездному предводителю дворянства соответствующие права, а уже засвидетельствованные ими документы, в том числе ходатайство дворянина, передавались в губернское дворянское депутатское собрание. Губернские родословные книги делились на шесть частей. Нетитулованное дворянство стремилось внести свой род в шестую часть книги, содержащую записи о родах древнего, столбового (в отличие от жалованного по чинам и орденам) дворянства. И первоначально, в соответствии с определениями Тверского дворянского собрания, род Корниловых был внесён именно в шестую часть книги. В 1846 году Временное присутствие герольдии Правительствующего сената сочло имевшиеся основания для внесения Корниловых в шестую часть Родословной книги недостаточными, и их переписали в 1–ю часть.
В наши дни в архивном фонде Тверского дворянского депутатского собрания имеются всего два дела, содержащие сведения о Владимире Алексеевиче Корнилове. Первое дело — «По прошению надворного советника Александра Петровича Корнилова о внесении двоюродных братьев его: действительного статского советника Александра и флота капитана 1-го ранга Владимира Алексеевых Корниловых в дворянскую родословную книгу Тверской губернии и выдачи им грамот» за 1845–1852 годы. Второе — «По прошению начальника штаба Черноморского флота и портов генерал-адъютанта вице-адмирала В.А.Корнилова о причислении к роду детей его Владимира и Екатерины» за 1853–1854 годы.
И это всё.
Обнаружить документы о рождении, детстве и юности В.А.Корнилова не удалось. Даже точная дата и место его рождения до последнего времени не установлены. Из его формулярного списка следует лишь, что он родился в 1806 году; в это время А.М.Корнилов был губернатором Иркутска. Возвращалась ли его семья в это время в Тверскую губернию — неизвестно, но в переписке самого В.А.Корнилова ни Иркутск, ни Тверская губерния не упоминаются, хотя когда в 1846 году ему потребовалось метрическое свидетельство и родословные документы, он обращался не в Иркутск, а в Тверь и в Петербург.