18 июня после учений командиры всех участвующих сил были приглашены на разбор итогов учений, однако встретивший их первый заместитель наркома Военно-Морского Флота, начальник Главного морского штаба адмирал Иван Степанович Исаков сказал:

— На разбор времени нет. Кораблям срочно вернуться в свои базы и быть готовым к любым неожиданностям, но на провокации не поддаваться…

Корабли спешно снялись с якорей.

В Севастополь возвратились вечером 19 июня, рассредоточились по штатным местам стоянок. Все корабли сразу же приступили к пополнению израсходованных за время учений запасов.

Раньше после учений флот переходил на повседневную боевую готовность, но на этот раз была сохранена повышенная готовность.

В полночь с 21 на 22 июня капитана 1-го ранга С. Г. Горшкова вызвали на корабли. Он прибыл на крейсер «Червона Украина», где находился штаб бригады. Его встретили командир корабля капитан 1-го ранга Н. Е. Басистый и его заместитель по политической части батальонный комиссар В. А. Мартынов.

— Оперативный дежурный флота в один час ноль пять минут объявил кораблям готовность номер один. На крейсере к зенитным орудиям боеприпасы уже поданы, — спокойно доложил обстановку командир корабля.

Сигнал о переходе на боевую готовность номер один был объявлен начальником штаба флота контр-адмиралом И. Д. Елисеевым по приказанию народного комиссара Военно-Морского Флота адмирала Н. Г. Кузнецова.

О переходе на готовность номер один доложили по семафору командиры «Красного Кавказа» и «Красного Крыма».

Перед рассветом над городом со стороны моря послышался гул моторов, а затем показался силуэт самолета. Сигнальщик доложил:

— Иностранный самолет!