Мог ли он жить на то, что получал за литературный труд? Как выяснилось, беспокоиться было не о чем. Он уже достаточно далеко ушел от НФ, чтобы писать для огромнейшего количества изданий. К тому же, популяризаторская публицистика приносила большие деньги, чем фантастика, что объяснялось очень просто:
«В фантастике каждый рассказ должен отличаться от всего остального… В публицистике это совсем необязательно. Вы можете написать статью для „Общеобразовательного журнала по химии“, расширить ее для „Аналога“, сократить и упростить для „Мира науки“…»
Уходя из Бостонского Университета он заявил бывшему начальству, что обойдется и без них — слава Богу, он один из лучших популяризаторов науки в мире и приложит все силы, чтобы в ближайшее время стать самым лучшим.
Это удалось ему даже быстрее, чем он предполагал.
…В 1958 году Роберт Миллз, редактор «F&SF», предложил Азимову вести ежемесячную научную колонку в журнале. Азимов немедленно согласился. Первая статья появилась в ноябрьском номере за 1958 год и все последующие номера — без единого пропуска — выходили с рубрикой Азимова. Всего этих статей было 399. (Журнал планировал посвятить специальный номер публикации четырехсотой статьи Азимова, но тот был слишком слаб, чтобы написать ее…) Представляя читателям журнала колонку Азимова, Миллз впервые назвал его «Good Doctor» — «добрый доктор». Этот титул Азимов гордо носил всю оставшуюся жизнь.
После этого он писал для издательств «Doubleday», «Houghton Mifflin», «Abelard-Shuman», «Basic Books», «Walker», «Random House», «Simon & Schuster» и для множества других. Сначала это были книги о науке — астрономии, химии, физике, биологии, математике и так далее — и большая их часть была ориентирована на детей и подростков, которые хотели бы больше знать об окружающем их мире.